Прокурор Гаагского трибунала: мы превзошли ожидания

Слушать /

История Трибунала ООН для бывшей Югославии в цифрах: 161 ордер на арест, 90 приговоров, 4 650 свидетелей, 2,5 миллиона страниц стенографических записей, 10 800 дней судебных заседаний. За этими цифрами стоят жизни и судьбы: тех, кто был убит в балканских войнах, кто прошел через пытки и издевательства и тех, кто их совершал. По разным оценкам, с 1991 по 1999 год на Балканах было убито 130-140 тысяч человек. Чтобы не дать уйти от ответственности военным преступникам, в 1993 году был создан первый после Нюрнбергского трибунала международный уголовный суд: Временный уголовный трибунал ООН для бывшей Югославии. Он проработал 24 года и 31 декабря закроется. Мы подводим итоги его работы.

*****

«Если вспомнить какой-то один, самый важный момент, то для меня это был телефонный звонок, когда я узнал, что арестован Младич».

Серж Браммерц – главный прокурор Международного уголовного трибунала ООН по бывшей Югославии. Он вспоминает, как был арестован один из главных преступников, скрывавшийся от правосудия – бывший командующий армии боснийских сербов Ратко Младич.

Сам Серж Браммерц через пару дней тоже станет «бывшим» – «бывшим прокурором» «бывшего Трибунала». 31 декабря Гаагский трибунал закроет свои двери. За 24 года его прокуроры расследовали и довели до суда наиболее чудовищные преступления, совершенные в ходе Балканских войн в начале 90-х. В их числе – осада Сараево, обстрелы Дубровника и самая страшная резня в Европе со времени Второй мировой войны – убийство 8 тысяч мусульман в Сребренице. Правда, решение о создании первого временного международного уголовного трибунала Совет Безопасности ООН принял еще до Сребреницы, в разгар войны. Почему – объясняет председатель «югославского» трибунала, судья Кармель Агиус:

«Не надо забывать, что мы говорим о 1993 годе. Еще не совершено самое страшное преступление. Создание Трибунала стало своего рода единственной чрезвычайной мерой, которую ООН могла предложить – не только для того, чтобы воюющие стороны знали, что понесут ответственность за совершенные преступления. Он был создан и потому, что нельзя было допустить, чтобы военные преступления и преступления против человечности совершались безнаказанно».

Намерения похвальные, но принимая это решение, члены Совета шли на риск – возможно, они и не представляли, какой сложной будет работа этого первого международного органа международного правосудия. Кармель Агиус:

«Это были очень сложные процессы и многие думали, что они не состоятся: ведь нужно было привезти свидетелей из-за границы, обеспечить перевод, преодолевать нежелание сотрудничать со стороны стран, поддержка которых была необходима. Но мы со всем этим справились».

Судьи вынесли 90 приговоров, в том числе самым главным преступникам, обвиненным, среди прочего, в геноциде мусульман в Сребренице. Это уже упоминавшийся Ратко Младич и Радован Караджич, скрывавшиеся от правосудия в Сербии более 10 лет. Главный прокурор Гаагского трибунала Серж Браммерц считает, что суду есть чем гордиться.

«Думаю, Трибунал превзошел ожидания. В 90-е годы, после 40 лет безнаказанности, прошедших со времени Нюрнберга, мало кто верил, что он окажется таким эффективным. Сегодня, завершая работу, мы можем сказать: все, кто скрывался от правосудия, предстали перед судом, и все расследования доведены до конца. Я считаю, что это можно считать успехом, даже несмотря на то, что некоторые группы пострадавших, которые ожидали большего, подвергают нас вполне законной критике».

Критиковали трибунал не только пострадавшие, но и ряд государств-членов ООН, и прежде всего, Сербия и Россия. Первый заместитель Постпреда России при ООН Петр Ильичев обвинил Трибунал в двойных стандартах. Он напомнил, что 60 процентов подсудимых, получивших приговоры, были сербами:

«Взятая Трибуналом за основу однобокая антисербская трактовка трагических событий 1990-х годов на пространстве бывшей Югославии не только не поспособствовала осуществлению базового принципа неотвратимости наказания за военные преступления, но и подорвала процесс восстановления взаимного доверия на Балканах».

Российский дипломат возмущен тем, что не понесли наказания бывшие командиры «Освободительной армии Косово». Действительно, в результате двух процессов за недостатком свидетельств были оправданы бывший полевой командир армии косовских албанцев Рамуш Харадинай и двое его помощников. Причем процессы над ними сопровождались запугиванием свидетелей, многие из которых отказались давать показания. Судья Апелляционной палаты Бахтияр Тузмухамедов не согласился с оправдательным приговором.

Но факт остается фактом: только у сербской стороны была мощная армия и именно сербы совершили наиболее чудовищные преступления, такие как осада Вуковара и расстрелы в Сребренице.

Темным пятном на репутацию Трибунала легла смерть бывшего президента Югославии Милошевича. Он умер в заключении, не дождавшись приговора. Ну, а «под занавес» произошла еще одна трагедия: прямо в зале суда, выслушав приговор – 40 лет тюрьмы, выпил яд бывший хорватский генерал Слободан Пральяк. А вот Биляна Плавшич, бывший президент Республики Сербской – части Боснии и Герцеговины – добровольно сдалась Трибуналу и признала себя виновной в военных преступлениях. Вот ее выступление в Гааге:

«Я пришла к выводу, что тысячи ни в чем не повинных людей стали жертвами организованных систематических действий, направленных на выдворение мусульман и хорватов с территории, которую сербы считали своей. В то время я с легкостью убедила себя, что это был вопрос выживания и самообороны. Но в действительности наше руководство, к которому принадлежала и я, организовали преследование бессчетного количества невинных людей, и никакие соображения выживания и самообороны не могут тут служить оправданием».

Именно встречи с людьми, пережившими пытки, изнасилования, гибель близких, останутся в памяти главного обвинителя Сержа Браммерца:

«Для меня всегда важнее всего были встречи с пострадавшими, с теми, кто пережил эти ужасы, с матерями Сребреницы, с теми, у кого убили близких. Эти встречи важны потому, что они каждый раз напоминали, почему был создан наш Трибунал, и давали нам силы продолжать работу».

Но работа не закончена, ведь Трибунал расследовал лишь наиболее тяжкие преступления: геноцид, этнические чистки, преступления против человечности и военные преступления. Остальные были переданы в национальные прокуратуры. Серж Браммерц:

«В общей сложности мы выдали 161 ордер на арест – это много, если мы сравниваем с другими международными трибуналами. Но учитывая, какое количество преступлений все еще не расследовано и сколько преступников не наказано, это, конечно, очень мало. Только в Сараево ведется порядка трех тысяч расследований. Так что я бы сказал, что закрытие Трибунала – это конец лишь одной главы, связанной с международным правосудием. На протяжении многих лет еще предстоит расследовать преступления, совершенные в Боснии и Герцеговине, в Хорватии, в Сербии, и тут нужна поддержка и сотрудничество со стороны этих стран».

Трибунал ясно показал, что высокие звания и давность преступления не помогут избежать наказания, что рано или поздно правосудие свершится. А его работа вдохновила международное общество на создание первого постоянного органа уголовного правосудия – Международного уголовного суда.

 

Поделиться

Loading the player ...