Искусство перевода: развитие технологий меняет лицо профессии

Слушать /

Участники конференции в гостях у Службы новостей ООН. Фото ООН

Как меняется профессия переводчика?  Какую роль в переводческом деле играют новые технологии? Как укрепить сотрудничество учебных заведений, готовящих таких специалистов,  с  лингвистическими службами ООН? Эти и другие вопросы обсуждали в ООН участники переводческой конференции, на которую съехались представители вузов из самых разных стран.

Переводчики ООН рассказали им о своей работе, а гости Организации поделились опытом подготовки молодых кадров – в том числе и для ООН. Елена Вапничная поговорила с пятью преподавателями науки перевода из России и Беларуси. Знакомьтесь:

Ирина Алексеева, директор Высшей школы перевода Герценовского университета в Санкт- Петербурге.

Николай Гарбовский, директор Высшей школы перевода Московского государственного университета им. Ломоносова.

Александр Пониматко, декан Переводческого факультета Минского государственного университета, Беларусь.

Дмитрий Крячков, МГИМО, заведующий кафедрой английского языка № 1 и научный руководитель программы «Подготовка переводчиков для международных организаций».

Ирина Шокина, Московский государственный лингвистический университет, переводческий факультет, кафедра английского языка.

«У нас восстанавливаются очень сильные традиции перевода советского времени и приобретается много нового».

ЕВ:  Я возьму на себя смелость назваться вашей коллегой, потому что я в свое время закончила Горьковский иняз, который теперь Нижегородский лингвистический институт. На переводческий тогда не брали девушек, но сейчас все изменилось. И это лишь одно изменение, произошедшее с тех пор в обучении переводу. Как изменилось преподавание перевода? В каком состоянии находится школа перевода – и российская, и белорусская. Корни одни, наверное.

ИА: Развитие бурное, позитивное. В нем участвуют с большим энтузиазмом самые разные университеты. Нижегородский лингвистический университет не последний в этой череде, а один из первых. Очень приятно, что мы теперь открыты миру и одновременно можем ему много дать. У нас восстанавливаются очень сильные традиции перевода советского времени и приобретается много нового. Все развивается, все идет вперед. Здесь собрались именно те ВУЗы, которые хотят этого развития.

«Давайте думать не о том, чтобы сосуд наполнить, а о том, чтобы зажечь факел поиска нужной информации и как раз тех форм, которые ему нужны будут для перевода».

ЕВ: Я думаю, что развитие современных технологий внесло какие-то изменения…

НГ: Безусловно, развитие новых технологий меняет лицо профессии. Сегодня как раз на первом заседании говорилось о том, что одна из центральных компетенций будущих переводчиков должна быть компетенция поисковая. Найти информацию достоверную и актуальную сейчас чрезвычайно важно. Я не знаю, насколько другие ВУЗы, но мы сейчас выделяем одно из важных мест в обучении тому, чтобы развить у наших обучаемых поисковую компетенцию. Она нужна как для письменного, так и для устного перевода.

ЕВ: Что это значит? Объясните нашим слушателям, пожалуйста.

НГ: Это значит, что будущий специалист должен найти информацию, которой ему не  достает для осуществления качественного перевода и перевода, в котором есть много темных мест, много непонятного для него. Мы прекрасно понимаем, что современный переводчик не может быть уже энциклопедистом, как мы хотели всегда, когда сами учились в 50-е, 60-е, 70-е годы. Сейчас другое положение. Поток информации не позволяет нам все в голову будущего переводчика вместить. Давайте думать не о том, чтобы сосуд наполнить, а о том, чтобы зажечь факел поиска нужной информации и как раз тех форм, которые ему нужны будут для перевода.

ДК: Следует сказать, что современные технологии используются не только для развития поисковой компетенции. Я думаю, все коллеги подтвердят, что сейчас очень активно развиваются все формы дистанционного обучения. В частности, у нас в МГИМО мы проводим регулярные занятия с Переводческой службой ООН в Нью-Йорке. И представители других вузов подтвердят, что это это еще одно важное направление развития технологий.

ИШ: Московский государственный лингвистический университет пока еще не является членом группы университетов, подписавших меморандум с ООН о подготовке переводчиков. Но мы на пути к этому. И, действительно, подтверждаем, что дистанционные технологии очень помогают в этом процессе. Это позволяет преодолеть те трудности, о которых здесь говорится на многих заседаниях – когда у студентов нет физической возможности приехать и получить консультации непосредственно от профессионалов, работающих в ООН. Но такие технологии позволяют это сделать, и мы тоже участвуем в этом процессе.

«Интеллигентная молодежь стала гораздо более знающей, гораздо более самостоятельно мыслящей и умеющей искать информацию».

ЕВ: А какие к вам приходят студенты? Я слышала жалобы, что у нынешних студентов нет той основы, тех знаний широких, которые нужны переводчикам. Так ли это?

ИА: Мы набираем наших слушателей уже из числа получивших высшее образование. У нас особая школа. И сюда мы отбираем самых лучших и готовим их к поступлению на работу переводчиками в ООН, чтобы они сдавали профессиональные экзамены. Я могу сказать, что дело абсолютно противоположным образом обстоит. Конечно, не во всех слоях общества. Мы об этом и не говорим. Но интеллигентная молодежь стала гораздо более знающей, гораздо более самостоятельно мыслящей и умеющей искать информацию, как абсолютно верно сказал Николай Константинович. Я очень рада, что это первым прозвучало. Потому что умение, что называется в разговорной речи, «фильтровать», умение анализировать и отбирать информацию у них сейчас развито лучше. В чем-то, конечно, нас не удовлетворяет то, что это не системный взгляд на мир, а несколько более «матричный», но зато матрицу можно употребить и доработать. Я могу сказать, что молодежь в этом плане, о котором Вы говорите, стала лучше. И языки они знают лучше!

НГ: Я добавлю несколько слов к тому, что сказала Ирина Сергеевна. Но начну с того, что у нас ситуация совершенно не такая. Мы получаем молодежь семнадцатилетней – это выпускники школ. Учатся они у нас всему абсолютно. Перевод – это уже финальная часть нашего обучения. С молодежью трудно. Трудно потому, что они разучились уже читать книги. Хотя, в последние два-три года наметился возврат к бумажной книге. Читать стали немножко больше, хотя в школе таких навыков дают еще мало.

Московский университет взял направление на шестилетнюю подготовку специалистов. Это уникальная ситуация, больше нигде такого в России нет. У нас переводчик по программе подготовки специалиста учится 6 лет. То есть мы подготовку специалиста приравняли к двухуровневой – бакалавр плюс магистр, где по российским стандартам идет шестилетнее обучение. Наш переводчик не «пятилетний», как по стандартам российским, а «шестилетний». Этот год дает нам возможность развивать самые разные компетенции и расширять кругозор наших специалистов. Я хочу Вам сказать, что наши дети первого курса и выпускники шестого курса – совершенно разные люди.

ДК: Наверное, действительно, так: когда студенты поступают в бакалавриат, они все-таки находятся только на подступах к профессии и, конечно же, от них ожидать какой-то энциклопедичности и не стоит: всем известны те проблемы, которые существуют сейчас в средней школе. Но на выходе – если возьмем  нашу программу, это магистерская программа, в которую приходят студенты после  бакалавриата, – у нас есть, из кого выбрать. И к нам, действительно, поступают и студенты мотивированные,  и студенты, обладающие достаточно широким кругозором, который позволит им дальше работать в профессии. Ну и мы, со своей стороны, прилагаем все усилия, чтобы какие-то лакуны, какие-то пробелы восполнить.

АП: Я хочу сказать, что у нас в Беларуси по-прежнему осталась система бюджетного набора, и те студенты, которые поступают на первый курс (у нас нет бакалавриата, у нас «специалитет» пятилетний плюс один год магистратуры) они, действительно, очень сильные. Это лучшие абитуриенты страны.  Думаю, мы неплохо работаем в плане профориентационной работы, поэтому приходят ребята очень одаренные с высоким баллом по всем дисциплинам централизованного тестирования, с хорошим языком. Поэтому есть с кем работать: они читают книги и великолепно владеют современными информационными технологиями. И когда они в конечном счете идут на наши магистрские программы (письменный перевод и конференц-перевод) – это самые лучшие студенты, с очень хорошим знанием двух языков. Так что нам есть с кем работать, есть из кого выбирать!

Благодаря хорошей помощи наших коллег из ООН, из лингвистических служб, у нас неплохо получается и в плане стажировок, и в плане дистанционной помощи. В последнее время мы запустили программу по подготовке устных переводчиков. Мы целый год уже работаем по Скайпу. Я думаю, что в августе мы неплохо будем сдавать экзамены.

ИШ: Я хотела добавить, что мотивацию наших студентов очень повышает возможность подготовки к квалификационным экзаменам для последующей работы в ООН. И, безусловно, я соглашусь с коллегами, что всегда есть возможность выбрать лучших. И в нашем университете мы заметили интересную тенденцию: первый курс, набранный в этом году, гораздо выше по подготовке, чем предыдущий. Это удивительно.

Поделиться

Loading the player ...