Переводя президентов – беседа с известным российским переводчиком

Слушать /

Один из ведущих российских мастеров синхронного перевода Игорь Корчилов потерял счет президентам, генеральным секретарям, премьер-министрам и министрам, которым и которых он переводил. Не случайно книга его воспоминаний называется «Переводя историю». Нет никаких сомнений в том, что синхронисты, на долю которых выпал тяжелейший труд перевода речей Ахмадинежада, Чавеса и Каддафи навсегда сохранят в памяти их выступления. Точно так же как и Игорь Дмитриевич Корчилов, которому довелось неоднократно переводить в ООН президентов США.

Переводчика-ветерана расспрашивал Евгений Менкес.

*****

«Как правило, американские президенты выступают в первый же день общеполитической дискуссии на пленарном заседании Генеральной Ассамблеи. Как правило, выступают вторыми после Бразилии – вот такая установилась традиция».

Рассказывает Игорь Корчилов, который проработал в Службе устных переводов Организации Объединенных Наций не один десяток лет:

«И слушают их исключительно внимательно. В этот момент в зале нет ни одного места. Более того, зал забит битком. Зал огромный, зал Генеральной Ассамблеи, забит битком. Люди стоят в коридорах, в кулуарах. И все внимательно слушают».

Особенно часто Игорю Дмитриевичу приходилось переводить Рональда Рейгана, который был главой вашингтонской администрации в 80-х годах:

«В рамках ООН мне доводилось переводить практически все выступления Рейгана, начиная с 81 года. Так получилось, что меня всегда назначали на эти заседания. И на них присутствовал тогда всегда неизменно министр иностранных дел СССР Громыко».

Переводить программные внешнеполитические речи глав государств и правительств – занятие не из легких даже для опытного переводчика. По традиции, именно переводчикам делегаты в первую очередь – и заранее – приносят тексты выступлений своих руководителей. А всегда ли у ооновских синхронистов есть такая «палочка-выручалочка» – текст обращения американского президента?

«Тексты – я помню, всегда неизменно это было тогда, и, к сожалению, это происходит, и сейчас – тексты приносят в самую последнюю минуту. Хорошо, если это были тексты Рейгана – а до этого мне приходилось переводить и Никсона, и Картера. Их приносили буквально где-то за одну –две минуты. А порою приносили уже после того, как оратор начал выступление. Поэтому приходилось напрягаться с тем, чтобы концентрироваться полностью и уделять безраздельное внимание выступлению оратора, его словам, то есть полностью превращаться в слух».

Американская телекомпания Эй-Би-Си недавно напомнила, что в Западной Европе, да и в других регионах мира Рейгана не любили, в частности, за его детище – за «звездные войны». Но с точки зрения мастеров перевода, на трибуне, в том числе и в ООН, он был хорош почти всегда. Вспоминает Игорь Корчилов:

«Выступления как правило были объемистые. Президент Рейган, надо отдать ему должное, был прекрасным оратором. Нельзя забывать, что он получил хорошую подготовку будучи киноактером в Голливуде. Как оратор, он был действительно великолепен. Его было приятно переводить. Потому что он делал паузы между фразами. Он не тараторил, как к сожалению, делают многие другие ораторы. Говорил он четко, ясно. Поэтому переводить его было большое удовольствие, как, впрочем, и президента Никсона. Я помню, тот тоже был хорошим оратором».

А что же любимец публики Билл Клинтон?

«Клинтона было трудно переводить. Кстати, тексты его выступлений приносили в кабину где-то минут десять спустя после начала его выступления. Говорил он быстро, иногда глотал слова, что отнюдь не облегчает задачу переводчика».

В ООН иногда приходится слышать, что синхронистам разрешается переводить примерно две трети из того, что они восприняли на слух. Еще треть они якобы имеют право выпустить. Мой собеседник категорически опровергает такое предположение. Он напоминает, что стенографические отчеты важнейших заседаний – Генеральной Ассамблеи, Совета Безопасности, главных комитетов – составляются с учетом записей переводчиков:

«Все переводчики – я могу со знанием дела сказать об этом – на все шесть официальных языков переводят практически на все сто процентов. Ну, может быть, 99 целых и 99 сотых. Почему? Потому что точность перевода и его всеобъемлющий характер – вот непременное качество, которым должны обладать синхронные переводчики ООН».

Ветеран переводческой службы ООН Игорь Дмитриевич Корчилов обладает этим качеством в полной мере.

Loading the player ...